RSS

"Военное Бутово"

17.06.2014

В нашем районе осталось не так много коренных бутовчан, которые пережили военные годы в тогда ещё подмосковном посёлке Бутово. Тютюник Нина Ивановна долгие годы возглавляет одну из первичных организаций совета ветеранов Южного Бутова. Те тяжёлые годы войны оставили в её сердце неизгладимый след:

Из воспоминаний Нины Ивановны Тютюник:

Я была школьницей, когда началась война. В Бутово была одна школа, расположенная в здании бывшей усадьбы Москвиных, между станцией и Варшавским шоссе. Рядом со школой были живописные пруды, с островками посередине. Отец мой был директором этой школы (сейчас школа №1163), а мама была учительницей. Мы жили в «учительском доме» рядом со зданием школы. Отец сразу же ушел на фронт, в ополчение, которое формировалось в Царицыно, и погиб в 1941 году под Ельней.

Была тяжёлая морозная зима, по ночам «бухали» зенитки, они стояли за школой, под большим дубом, и в лесу, в сторону Расторгуева. Кто постарше, дежурили на крыше школы, сбрасывали «зажигалки» после налётов вражеских самолётов. Напротив Радиоцентра были вырыты окопы и бомбоубежище, стояли «ежи» на старой Калужской дороге и по Варшавскому шоссе.

Школа в начале войны не работала, многие учителя ушли на фронт.

Только в декабре в школе начались занятия, но осталось всего несколько учителей. Все ученики сидели в шапках и валенках, но всё равно обмораживали руки, так было холодно: даже чернильницы - «непроливашки» иногда замерзали.

За дровами ездили в Расторгуево, там был топливный склад, на санках привозили дрова. В школе выдавали паёк: хлеб, а сверху чуть-чуть сахара. Раздевалки не работали, одежду складывали на парты.

В конце 1941 года нас выселили из дома, там разместился штаб воинской части, сибиряки, в полушубках красивых. Девчонки постарше знакомились с ними, переписывались, а потом узнавали, что многие из них погибли, когда ушли на фронт.

Помню, как в 1943 году устроили в школе ёлку, натопили печки, дети впервые за время войны почувствовали дыхание праздника, но это была ещё какая-то очень тревожная ёлка.

В сентябре, перед началом учебного года, всем мазали голову керосином, ученики выстраивались в очередь, иначе не пускали в школу. Летом и осенью работали в колхозе, собирали колоски, а потом за это получали зерно, это была помощь семье. Я заработала однажды за сезон семнадцать килограммов зерна, мне смололи его на электрической мельнице, и я была очень горда тем, что помогла семье. Ещё ходили на кирпичный завод, там был ручной труд и мы, дети, таскали вагонетки, груженные кирпичом.

Одеты все были страшно, полуголодные, на ногах до глубокой осени никакой обуви не было. Бабушка шила мне бурки: прострачивала суконные лоскутки, кроила из них верхнюю часть, а шилом прокалывала дырки и прикрепляла подошвы к ней.

Ещё помню, сняли на переплавку рельсы с дороги, которая вела на Коммунарку.

В конце войны в Бутово, вдоль Варшавского шоссе, в нынешнем посёлке энергетиков, был лагерь для военнопленных. Они жили в бараках, работали на строительстве домов, расширяли Варшавское шоссе, которое было узким по тому времени. Один пленный в 1947 году сделал моему брату чертёжную доску и нарисовал портрет погибшего отца, очень удачный портрет.

Знаю, что к пленным местные относились без злобы, даже подкармливали их, кто мог.

Годы войны были тяжёлым испытанием для всей страны, но

они дали нам, детям войны, ощущение того, что ты прожил жизнь с сознанием выполненного долга, что сумел вынести

все тяготы и лишения, и твоя крупица есть в общем огромном труде под названием «Победа».

Из материалов Краеведческо-экологического общества «Бутово» Л.Ф. Лебедева, А.С. Никулин

Если вы нашли ошибку: выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Сообщение об ошибке

Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
*
CAPTCHA Обновить код
Play CAPTCHA Audio

Версия для печати